Читаем без скачивания Слишком жаркий Кипр [СИ] - Евгений Сартинов

— Что-то я не пойму, — сказал, наконец-то, Виктор, — где охрана? Ни одного синего мундира.

— Да, это интересно. Зато этого видишь, слева, на третьем ярусе? И с другой стороны тоже.

— Ага! Плохо маскируются.

Два человека, про которых они говорили, были, судя по одежде, официантами, но почему-то не шныряли среди толпы, а стояли на месте, и с напряженными лицами рассматривали веселящуюся снизу толпу. Кроме явной восточной внешности на них довольно неуклюже сидели белые, мешковатые костюмы официантов. Кроме того, были видны провода, ведущие к ушным раковинам «лже-официантов».

— Что-то их мало очень, — заметил Зверев. — Двое на такой большой зал?

— А, может, их и так не очень много?

— Кто знает. Как думаешь, какое у них оружие?

Виктор еще раз мельком глянул вверх, и отвернувшись, уверенно заявил: — «Узи». Только он поместиться под этим балахоном.

— Молодец, я тоже так думаю. Скоро мы это проверим. Но где же охрана?

Охрана же в это время дружно бежала вниз. За пару минут до прихода Зверева и Виктора в наушниках всех секъюрити прозвучал приказ: — Кельн, первый. Всем охранникам, кроме наружной охраны, срочно прибыть в лекционный зал для нового инструктажа. Быстро!

Голос, приказавший это, был с явным немецким акцентом, при этом человек, говоривший эти слова, хрипел и задыхался, как при астме. Никто из охранников ни на секунду не усомнился, что это говорит сам начальник охраны судна Михаэл Кляйн.

— Совсем старик доходит, скоро сдохнет от своей чахотки, — на ходу бросил один их бегущих вниз охранников второму.

— Сначала он нас загонит своими тренировками, — ответил бегущий за их спинами третий секьюрити.

— Это точно, — согласился второй.

На самом деле, от имени Кляйна говорил Мансур. Его талант к языкам пригодился и тут.

Лекционный зал представлял из себя кинотеатр на пятьсот мест, отделанный в красных тонах. Три десятка секьюрити по привычке расселись в первых рядах, и оживленно обменивались своими предположениями о возможных целях этого собрания. Неожиданно включился проектор, и зазвучала увертюра к фильму "Звездные войны". Охранники не успели удивиться, как на сцену перед экраном выскочили три человека с оружием в руках. Автоматные очереди начали стегать по людям в синих, очень красивых костюмах. Большинство из них погибли, не успев ничего понять в происходящем. Но, несколько парней с армейской выучкой успели выхватить пистолеты и начали отстреливаться. При этом один из них упал на пол, и, выхватив рацию, начал кричать в микрофон: — Тревога! Тревога! На нас напали, на борту террористы! Срочно пришлите помощь! Мы в лекционном зале!

Он слышал, как над ним еще несколько секунд стучали одиночные выстрелы его коллег, потом они стихли. Он продолжал кричать свой призыв о помощи, и только потом понял, что рация молчит как-то слишком странно. Не было слышно даже свиста и хрипа несущей волны. На его лицо упала тень, и он обернулся в эту сторону. Лицо его убийцы заслоняло дуло поднятого на уровень глаз охранника пистолета. Нажав на спуск, Анри огляделся по сторонам, и, убедившись, что все охранники мертвы, доложил: — Эмир, с охраной все. У нас одна потеря.

— Хорошо, теперь займись наружной охраной.

— Но нас осталось всего двое.

— Ничего, я вас не тороплю. У вас в запасе целых полчаса.

Анри отключил рацию, и чертыхнулся.

— В чем дело? — спросил его напарник, только что обследовавший тело своего убитого товарища, и закинувший на плечо второй автомат Калашникова.

— Оставь пока их оба. Возьми пистолет с глушителем, и обойди лайнер с левого борта. Убери всех наружных охранников. Они стоят на шестой, и на восьмой палубе. Один ближе к носу, второй на баке, и третий ближе к корме. Я пойду с правого борта.

Именно по левому борту шла странная парочка, чернявый парень в смокинге, и высокий Дед Мороз, с искусственной елкой в руках. По виду можно было понять, что оба пассажира изрядно приняли на грудь, и парнишка в смокинге временами придерживал Деда Мороза, что бы тот не упал. Георгиос временами затягивал какую-то тягучую греческую песню, и Галил, не зная ни слова, блеющим голосом поддерживал его, вставляя какие-то свои слова на иврите. За время этой прогулки они обнаружили несколько человек, суетящихся с проводами вокруг цилиндрических сооружений.

— Хелло! — закричал Георгиос, потрясая своим елочным посохом. К его удивлении, к ним обернулись несколько типично китайских лиц. — С Новым Годом! — закричал он по-английски.

— О! Новый Год, это карасо! — ответил один из китайцев.

— Это что такое? — спросил Галил у него, показывая на цилиндры.

— Это? Это фейерверк. Буф, — китаец изобразил руками, как будет взрываться его изделие. — Карасо будет.

— Ну-ну! Молодцы! — сказал Георгиос, и они пошли дальше.

— Как думаешь, это они? — спросил грек, когда они отошли от китайцев метров на десять.

— Нет, это точно пиротехнические снаряды, — Галил даже отмахнулся от этой идеи. — Я в этом хорошо разбираюсь, у меня брат работает в такой же фирме в Америке.

— Надо было сразу идти на корму, и по верхней палубе, — предложил он, когда они отошли от китайцев на несколько метров.

— Это сразу привлечет к нам внимание, — отрезал Галил. Они остановились, чтобы закурить, и тут мимо них с верхней палубы пролетело в сторону морской глади что-то большое, темное. Георгиос хотел высунуться, и посмотреть, в чем дело, но Галил его остановил, даже наоборот, дернул за рукав от борта к стенке. Потом приложил палец ко рту, и пальцами показал направление движения. Они добрались до очередной лестницы, ведущей на верхнюю палубу, и дождались, когда темная тень сверху проскользнула дальше, к корме. Они на цырлах взбежали наверх, Галил еще задержался на лестнице, остановив напарника, чтобы рассмотреть своего противника. Тот двигался так же, как они, на цыпочках, бесшумно, и стараясь не попадаться никому на глаза. Вот он замер в тени очередной спасательной шлюпки, что-то высматривая впереди. А впереди него мерно вышагивал очередной секьюрети, одетый по случаю ночной вахты в чем-то, похожее на шинель с меховым воротником, в фуражке, похожей на польскую конфедератку. Вот он приблизился к шлюпке, развернулся. Террорист уже поднял руку с пистолетом, но тут тяжелый удар по шее прикладом пулемета отключил его сознание.

ГЛАВА 21

Тем временем Шимон опускался все ниже и ниже вглубь лайнера. На нем уже был костюм матроса. Шимон не глядя, махнулся им с первым же встреченным террористом, отправившимся нагишом за борт. Со смокингом моссадовец расстался без сожаления, оставил себе только бронежилет. От внимательного взгляда бывшего лейтенанта флота Израиля не ускользало ничего, что выбивалось из рамок нормы. В машинное отделение он не пошел, там всегда было слишком много людей, и прятать там что-то вроде ракет было просто невероятно. Шимон первый обнаружил следы крови около лекционного зала — это наследил своими туфлями торопившийся Анри, и проникнув туда с помощью отмычки, оценил все масштабы этой бойни.

— Первый, это седьмой. Вся охрана ликвидирована. Тут больше тридцати трупов, — доложил он. — Кроме того, за дверью два автомата Калашникова с полными рожками.

— Хорошо, я понял, — ответил Моше, и выразительно глянул на Астафьева, тот слышал все переговоры, но ничего не понял. Пришлось рассказывать ему дополнительно.

— Значит, все теперь ложится на нас, — понял тот. — Где же эта чертова рубка?

В это самое время Галил пытался втолковать спасенному ими охраннику истинное положение вещей. Он всегда был невысокого мнения о умственных способностях этой категории людей, но этот попался особенно глупым. Кроме того, он был до смерти испуган. Еще бы, он мирно ходил себе по палубе, а тут вдруг к его ногам падает человек с пистолетом в руке, а за ним стоят еще двое, и у одного из них, здорового, в странном красном костюме, в руках пулемет. Мишель, так звали этого охранника, даже не дернулся, чтобы достать свой пистолет, но внушить ему, что все его коллеги погибли, и корабль захвачен террористами, было почти невозможно.

— Все убиты, все, — настаивал Галил. — Ты знаешь парня, что стоит сверху, на баке?

— Ну да.

— Как его звали?

— Хосе, он испанец.

— Позови его?

Мишель несколько раз крикнул, потом сам сходил на место, где стоял охранник, обнаружил там несколько капель крови, и вернулся совсем перепуганный.

— Ну, ты все понял?

Тот снова кивнул головой.

— Так, Мишель, ты должен знать, где они могут установить ракеты. Где самое удобное для этого место, и не видно с других палуб, и места достаточно.

— На корме.

— Туда можно пройти туда незаметно?

Мишель кивнул головой.

— Пошли, покажешь.

Мишель попятился.